Приглашение в солнечный мир (Иппотерапия)
Номер газеты: апрель 2005
Автор: Печерская Е.
Были ветер и дым.
Были травы и кони.
Совершенством своим
Конь подобен иконе.
Так же чист его лик,
Так же взор его светел.
Были луг и тальник,
Были травы и ветер.
Давид Самойлов
То, что общение с живой природой жизненно необходимо как здоровому, так и больному человеку, прописная истина. Известно также, что верховая езда с древнейших времен считалась великолепным занятием, оздоравливающим, закаливающим и воспитывающим. Однако использовать единство «человек—конь» в лечебных целях стали сравнительно недавно. Первый центр иппотерапии, что в переводе с греческого буквально означает «лечение лошадью», был создан в нашей стране 12 лет назад. Главная цель общественной организации «Наш солнечный мир», где, как добрые соседи, живут люди, кони и другие живые существа, — лечение и реабилитация детей-инвалидов с помощью верховой езды. А руководит обществом милосердия талантливая, мудрая и полная энтузиазма женщина Ноэми Семеновна Роберт. Причем Ноэми Семеновна не только имеет славное спортивное прошлое и опыт врача (у нее два высших образования: спортивное и медицинское). Она «по совместительству» и счастливая мать двух великолепных сыновей, младший из которых — всенародно любимый актер Дмитрий Певцов. Поэтому мы попросили ее поделиться с нашими читателями и профессиональными и материнскими секретами.
— Ноэми Семеновна, расскажите о своем детстве. Где вы росли?
— Я родилась в Тбилиси, и мои детские и юношеские годы трудно назвать безоблачными. В 1937 году был арестован и расстрелян отец. Мама осталась со мной и совсем маленьким братом, и мы считались членами семьи изменника родины. Жили впроголодь, подчас не имели самого необходимого, подрабатывали вязанием. Впрочем, ничего особенного в подобном положении не было: в одном только нашем дворе насчитывалось семь таких семей. Думаю, что пережитые трудности многому меня научили. Увлечения были самые разносторонние, очень любила литературу. Крепким здоровьем в школьные годы не отличалась: из-за золотухи и частых ангин меня освободили от физкультуры. Однако я всегда была активная, живая, подвижная, и занятия спортом влекли меня с необычайной силой.
— Как правило, в спорт приходят люди азартные, одержимые духом борьбы и жаждой победы.
— В этом смысле я не совсем типичная спортсменка: меня не столько интересовал результат, сколько захватывал сам процесс. Я занималась и плаванием, и баскетболом, по которому имела разряд, но по-настоящему увлеклась только конным спортом, потому что очень полюбила лошадей. Была чемпионкой Тбилиси, занимала 3-е место в Грузии по манежной езде. Спортивные увлечения не помешали учебе: я поступила в медицинский институт, где сначала хотела специализироваться по хирургии, однако затем вполне закономерно выбрала спортивную медицину. Кстати, именно спорт познакомил меня с будущим мужем, Анатолием Ивановичем Певцовым, тренером по современному пятиборью. После окончания института уехала работать на целину.
— Надо полагать, что в целинных условиях вам тоже потребовались и сила воли, и упорство.
— Разумеется. Больницей, где я работала, назывался маленький саманный домик в четыре тесные каморки. Тут и зубы удаляли, тут и роды принимали. Я поехала в Караганду и добилась у местных властей выделения денежных средств и материалов на строительство больницы. Позже работала главным врачом карагандинского физкультурного диспансера, преподавала массаж и лечебную физкультуру студентам мединститута и все это время не оставляла спорт.
— Теперь понятно, почему ваши сыновья имеют прекрасную спортивную форму.
— Да, мы с мужем приобщали их к спорту с малых лет. Кроме того, и старший, Сергей, и младший, Дима, учились в школе с углубленным изучением французского языка, занимались музыкой (оба играют на фортепиано). Однако мы не предполагали, что Дмитрий станет профессиональным актером.
— Как же это произошло?
— Как часто бывает, старший брат был для Димы примером во всем. Поэтому он, как и Сергей, после окончания школы попытался поступить на факультет биологии на французском языке, однако не прошел по конкурсу. Несколько месяцев сын проработал на заводе фрезеровщиком. Однажды мы вместе с ним смотрели какой-то фильм по телевизору, и я без всякой задней мысли произнесла: «Какой бездарный актер... Честное слово, мы бы с тобой лучше сыграли». И совершенно неожиданно услышала в ответ: «А знаешь, мама, я как раз думаю об этом». Мы не отговаривали Диму, хотя знали, что конкурс в творческие вузы огромный. Сын мог полагаться только на собственные силы, однако здесь Диме улыбнулось счастье, и он в первый же год поступил в ГИТИС.
— А как складывалась в дальнейшем ваша профессиональная карьера?
— Я работала по специальности — врачом сборной команды конников, но не бросала спорт. Главными увлечениями оставались верховая езда и настольный теннис. Жизни своей без спорта я попросту не мыслю.
— Однако в последние 10 лет лошади присутствовуют в вашей жизни в совершенно новой и неожиданной ипостаси.
— Мне давно было известно, что занятия конным спортом способствуют нормализации функции сердца и равномерному напряжению многих групп мышц. Кстати, благотворное влияние конного спорта было замечено еще античными медиками. Гиппократ утверждал, что раненые и больные поправляются быстрее и успешнее, если ездят верхом. Он же отмечал и положительный психологический эффект верховой езды, освобождающей от «темных мыслей» и вызывающей «мысли веселые и ясные». Однако затем терапевтическое воздействие конных прогулок было надолго предано забвению.
— Когда же произошло возрождение метода?
— Об иппотерапии вспомнили лишь в середине ХХ столетия, причем сразу в нескольких странах Европы: Германии, Великобритании, Норвегии... Именно норвежка Элизабет Бодикер с помощью верховой езды сумела вернуть в строй спортсменку Лиз Хартел, которая была обездвижена в результате перенесенного полиомиелита. Пройдя лечение у Бодикер, Хартел завоевала серебряную медаль на Олимпийских играх 1952 года. Обнадеженная этой победой, доктор Бодикер стала применять езду верхом в лечении и других молодых инвалидов. В 1953 году норвежские власти дали согласие на открытие специального лечебного центра верховой езды для детей с ограниченными возможностями. Затем подобные организации появились и в других европейских странах и США.
— Когда метод стал применяться у нас?
— В СССР первыми иппотерапию внедрили грузинские специалисты, и произошло это в конце 80-х годов. Они начали использовать верховую езду для реабилитации постинфарктных больных. В России первый центр по лечению и реабилитации инвалидов с помощью верховой езды был открыт на базе Центрального московского ипподрома в 1991 году. Позднее, после реорганизации, большинство его специалистов перешли в центр «Наш солнечный мир».
— При каких заболеваниях оправдано использование иппотерапии?
— Специалисты большинства стран пришли к единодушному мнению: метод эффективен как лечебное и реабилитирующее средство при самых тяжелых недугах и их последствиях: детском церебральном параличе, полиомиелите, олигофрении (в том числе синдроме Дауна), шизофрении, раннем детском аутизме, многих заболеваниях генетической природы, сенсорных расстройствах и так далее.
— Чем объясняется высокая действенность «лечения лошадью»?
— По сути иппотерапия — одна из форм лечебной физкультуры, которая использует весьма необычный «спортивный снаряд» — живого коня. При езде верхом мощная мускулатура лошади массирует пораженные болезнью мышцы нижних конечностей, одновременно разогревая их, так как нормальная температура тела животного 37,5°С. Темп шага лошади идентичен человеческому, что создает иллюзию самостоятельной ходьбы. Ритмичные плавные движения снимают напряжение и возбуждение, уменьшают судорожную готовность. При этом для сохранения равновесия инстинктивно включаются в работу все мышцы тела наездника. Таким образом, метод способствует активному развитию моторики, улучшению координации, равновесия, тренировке вестибулярного аппарата. В ходе занятий у ребенка расширяется и уточняется образ собственного тела и представление о его возможностях. Контакт со взрослыми специалистами (методистом, коноводом) повышает социальную адаптацию, помогает усвоить необходимые в общении навыки. И, конечно же, далеко не последнюю роль играет эмоциональный подъем, радость от общения с лошадью.
— Разумеется, красота коня вызывает искреннее восхищение. Но ведь лошадь — животное чуткое, впечатлительное, к тому же подверженное стадным инстинктам. Даже для вполне здоровых наездников не исключена возможность падения и травмы. Оправдан ли подобный риск при работе с больными детьми?
— Занятия проходят под руководством и со страховкой специально подготовленных опытных коноводов и инструкторов. Для работы мы выбираем спокойных, миролюбивых и невысоких лошадей, так что опасность падения невелика. У нас ездят верхом даже инвалиды-колясочники, и не было случая, чтобы кто-нибудь вылетел из седла. К тому же дети обычно хотят сами ухаживать за животными, и мы всячески поощряем их к этому. Таким образом, между ребенком и лошадью создается тесный эмоциональный контакт. Езда верхом, общение с красивым, добрым и мощным животным, забота о нем, индивидуальная работа инструктора с каждым пациентом, вовлеченность в интересы коллектива — все эти факторы способствуют концентрации сил и внимания ребенка, преодолению чувства собственной неполноценности, пробуждению активного интереса к жизни. Занятия верховой ездой — мощное средство социальной реабилитации людей с ограниченными физическими или интеллектуальными возможностями.
— Насколько мне известно, в своей работе с больными детьми вы не ограничиваетесь иппотерапией.
— Действительно, много времени и сил уделяется психолого-педогогической реабилитации. У нас есть свой летний лагерь под Москвой, в Балабанове, и большой живой уголок, в котором и коза с козленком, и баран, и куры с петухом, и кролики, и мыши, и, конечно же, собаки... Дети заботятся о своих питомцах, получая необходимый жизненный опыт и массу положительных эмоций. При этом они чувствуют себя сильными, востребованными, открывая для себя мир живой природы и сами открываясь навстречу ему. Многим нашим воспитанникам Центр помог встать на ноги в прямом и переносном смысле слова. Так, Наташа Рязанова и Катя Выговская, учась в педагогическом колледже, практику проходили у нас в качестве помощников педагогов. Сейчас они сами участвуют в реабилитации больных детей. Успешно окончил институт иностранных языков Антон Сидоров, перенесший детский церебральный паралич. Теперь он с удовольствием обучает наших воспитанников английскому языку. «Наш солнечный мир» связал воедино больших и малых, здоровых и больных, людей и животных, вернул многим чувство единства и гармонии с природой.
— У вас счастливая и благополучная семья, здоровые, успешные и красивые дети. Да и в спорте вам приходилось иметь дело с сильными, тренированными людьми. И вдруг — инвалиды... Не слишком ли резкий контраст?
— Как известно, чужого горя не бывает. Профессию врача я выбрала потому, что всегда хотела активно помогать людям. Конечно, занятия с больными детьми требуют терпения и ответственного подхода, но когда я вижу, как на глазах меняется состояние ребенка, на свете нет человека счастливее меня. Реабилитация и социальная адаптация инвалидов — одна из самых благородных и общественно значимых задач. Именно так оценивают ее во всем цивилизованном мире.
— Работа в центре требует от вас немалого времени, душевных и физических сил. Как относятся к этому ваши близкие?
— С полным пониманием и сочувствием. Все они, включая Диму и его супругу актрису Ольгу Дроздову, несмотря на огромную занятость, стараются помогать нам чем только могут. И я очень благодарна им за поддержку, поскольку знаю, что все усилия предпринимаются не ради имиджа или галочки.
Материал впервые опубликован в 2003 г.
Всего отзывов на эту статью: [ 1 ] (публикуется в разделе "Форум")